Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

Centurio

El dragó del Patriarca

Одной из самых известных легенд Валенсии является Легенда о драконе патриарха.

Если пройти по улице la calle Universitat, где находится здание La Nau (бывшее зданием старого Университета Литературы в Валенсии, а сегодня одно из небольших зданий современного Университета Валенсии), можно найти церковь Real Colegio Seminario del Corpus Christi, также известную как Iglesia del Patriarca, названную так в честь Хуана де Рибера (20 марта 1532, Севилья — 6 января 1611, Валенсия) — католического святого, испанского религиозного деятеля, архиепископа и вице-короля Валенсии, титулярного патриарха Антиохии, внутри которой находятся останки страшного зверя, о котором рассказывает легенда.

Говорят, что в реке Turia обитал ужасный кайман или дракон, который напал на приближающихся валенсийцев, которые, боясь быть съеденными или расчлененным зверем, не осмеливались приблизиться к этой важной реке Валенсии. Как-то один молодой узник предложил властям города убить чудовище в обмен на предоставление ему свободы. Власти согласились. Этот человек построил зеркальные латы и отправился на битву с драконом. Существуют две версии того, какое влияние оказали на дракона эти латы — одни говорят, что дракон был ослеплен исходящими из зеркал вспышками света, а другие утверждают, что дракон был загипнотизирован зрелищем собственного изображения, отраженного в зеркалах, что дало юному герою время бросить большое копье, которое и стало причиной смерти дракона.

На самом деле, в архивах Патриарха указано, что этот кайман — подарок, посланный Сан-Хуану-де-ла-Рибера вице-королем Перу, маркизом Монтеррея. Аллигатор, которого звали Лепанто в связи со знаменитой битвой, жил до 1606 года, когда его чучело набили и повесили в храме, чтобы прихожане соблюдали тишину. Тот факт, что легенда не соответствует действительности, не умаляет ее ценности, поскольку ее происхождение зафиксировано в рассказе великого валенсийского писателя Vicente Blasco Ibáñez, опубликованном в газете Pueblo 6 января 1901 года под названием "El dragón del Patriarca". Эта история наделяет легенду множеством деталей и символов, связанных с масонством, поскольку ее автор сам был масоном.

Испанские матери использовали этого аллигатора, чтобы напугать своих детей. В результате легенды возникла популярная поговорка "si parleu, a la pancha vindreu" — "если будете болтать, попадете в живот", и матери всех времен использовали это высказывание как угрозу для заставить своих детей молчать во время всех торжеств в Патриаршей церкви. Боясь быть съеденными голодным аллигатором на стене, дети молчали на протяжении всей церемонии. А вообще, традиция вешать на стенах церквей чучела крокодилов (и не только) была раньше очень распространена в Испании и Франции. Такие предметы называются ex voto — вотивные дары, то есть, жертвенные подарки храму по обету, в благодарность, ради исцеления и т.д.
Centurio

El Diable Cojuelo

Имя популярного испанского фольклорного персонажа Diable Cojuelo переводят как "Хромой бес", хотя на испанском слово cojuelo означает "хроменький" (cojo — "хромой", -uelo — суффикс латинского происхождения, придающий диминутивное, аффективное и уничижительное значение). Он был одним из первых ангелов, восставших против Бога, поэтому он первым был низвергнут в Подземный мир. Остальные его черти упали на него кучей и сломали ему ногу, вследствие чего навсегда остался хромым, что не мешает ему быть быстрым и ловким. Называвший себя "самым черным духом в аду", он является самым озорным и хитрым из персонажей ада, и далеко не самым зловещим. Конфликтуя со своими демоническими собратьями, он настолько насолил им, что они заперли его в колбе астролога, чтобы навсегда избавиться от него. Он считается изобретателем музыки, музыкальных инструментов, танцев и театрального искусства.

Это самый известный и наиболее часто упоминаемый в судебных заседаниях и в литературе персонаж. Упоминание Diable Cojuelo часто встречается в клятвах, заклинаниях и молитвах ведьм. Он был фаворитом кастильских волшебниц в первой половине шестнадцатого века, призывавших его во множестве заклинаний, и его слава не снижалась вплоть до семнадцатого века. В семнадцатом веке его популярность достигла Королевского двора Мадрида, где он считался хорошим посланником любви. Его ассоциировали сначала с Асмодеем, а потом также с Эротом и Купидоном.

Diable Cojuelo стал очень популярен в культуре семнадцатого века и закрепился в поговорках, пословицах, рассказах и песнях. С 1602 по 1608 годы дьяволу Кохуэло часто обращаются с призывами. Драматург Luis Vélez de Guevara в 1641 г. издал роман "El Diable Cojuelo", в котором описал приключения этого популярного персонажа в компании вечным студентом, благородным идальго доном Cleofás Leandro Pérez Zambullo. В благодарность за то, что студент освободил его из заключения в колбе, Diable Cojuelo показал ему скрытую жизнь Мадрида, поднимая крыши домов и позволяя заглядывать внутрь. В этом романе, изображающем пороки и лицемерие Мадрида того времени, постоянно упоминаются пословицы и популярные словечки Кастилии того времени. В 1707 году французский писатель Alain-René Le Sage адаптировал этот роман для Франции и издал его под называнием Le diable boiteux.
Centurio

La cama crusa

La cama crusa — злобное волшебное существо, обитающее в Гаскони и прилегающих регионах Пиренеев. Это особенно страшный призрак. Обычно ее описывают как одну голую ногу, иногда с раскрытым глазом в колене (camba crusa dab l'uèlh dubèrt). Она появляется в ночи, чтобы забрать и поглотить неосторожных. Странный характер этого существа и отсутствие деталей делают его еще более тревожным. "Очевидцы", описывающие это существо, часто добавляют различные дополнитеьные элементы: рот, волосы, рог, когти и т.д., но в их описания не сходятся и, скорее, выражают страхи и фантазии рассказчиков.

Считается, что гасконское выражение cama crusa означает "сырая нога". В зависимости от диалектных вариаций, произношения и написания, можно найти cama crusa, camo cruso, cam cruse, cam crude и т.д. Это, на первый взгляд, довольно понятное название не объясняет точное происхождение этого существа. Было предпринято несколько попыток интерпретации слова cruse (или crue, или crude): "голая" нога или "crue" от глагола croire — "верить", т.е. "воображаемая" нога, Даже "creuse" (пустая, пустотелая) или даже "cruelle" — "жестокая". Но буквальное значение "crue" в смысле "сырое, не вареное" считается наиболее правдоподобным. Считается, чонятие сырого или вареного мяса различает два противоположных мира: мир людей, которые готовят себе мясо, и мир животных или злых существ (которых часто называют бездушными телами), которые едят сырое мясо. В версии сказки о Jean de l'Our (Иван-медведь" гигантский орел, несущий героя, требует свою еду, крича "Carn cruse"! ("Сырое мясо!").

В Гаскони и Беарне cam-crue или cam-crude — чудовище, которым пугают детей. По словам аббата Винсента Фуа, она прячется за стогами соломы или сена и имеет партнера по пожиранию детей по имени lou Soupe-tout-Sé ("Ежевечерний суп").

В Жере и Ландах, согласно аббату Дамбьелю (Honoré Dambielle, 1873 – 1930) camo cruso имеет при себе pèt (pèth, "кожа", "шкура" или "рубище", с помощью которого волшебники могут менять внешний вид, подобно оборотням). Оноре Дамбьель провел углубленное исследование суеверий и людей, которые их воплощают в Гаскони. Это исследование было опубликовано в двух частях в Бюллетене археологического, исторического, литературного и научного общества Жера в октябре 1906 года и в первом квартале 1907 года. Cama crusa иногда появляется, а затем исчезает. Нога подобна вампиру и с ужасающей яростью бродит по домам, чтобы хватать маленьких детей. Дамбьель сообщает, что волшебник может превратиться в маленького мальчика или в cama crusa благодаря pèt. Волшебнику может посчастливиться иметь pèt, потому что она обладает волшебной силой, которая позволяет ему творить чудеса. Только иметь pèt непросто, потому что она настолько злая, что волшебники сами стремятся избавиться от нее. Получить эту кожу легко. Дамбьель дает рецепт: в полночь нужно оставить простыню на перекрестке четырех популярных дорог, в том месте, которое на местном языке называется croutzo-camin; затем нужно вернуться до рассвета, и к этому времени простыня превратиться в кожу, которая преобразит любого, кто ее наденет. Благодаря этой коже колдун может путешествовать ночью и пожирать неосторожных или детей.

В Ажане две сказки (Золотая нога и Обжора, см. ниже), опубликованные Жан-Франсуа Бладе (Jean-François Bladé) и относящиеся к этой теме, были собраны в Lot-et-Garonne.

В Арьежи: camba crusa et uelh dobert (la jambe crue et l'œil ouvert), безусловно, один из самых распространенных монстров Арьежи, "это нога с открытым глазом и рогом, которая бежит быстрее всех в мире","это сырая нога, у которой есть только кость","это красная нога, ужасно потрепанная, уродливая, вся в крови".

В Кузеране это ужасное чудовище называется Cama crusa damb eth goelh duvert. С наступлением темноты она развлекается спуском со склонов горы, чтобы напугать одиноких прохожих или унести их. В последнее время она стала чем-то вроде призрака, охотящегося на злых детей.

В Тулуза Фредерик Мистраль (Le Trésor du Felibrige) ограничивает ареал обитания la cambo-cruso только городом Тулузой.

Существует немало сказок, изображающих cama crusa: это скорее фольклорные суеверия и народные поверья. Две сказки о Гаскони, собранные Жан-Франсуа Бладе и классифицированные Полем Деларю (Paul Delarue) как сказка типа № 3667, могут позволить рассмотреть происхождение этого верования. Оба относятся к ноге, украденной у мертвеца. Мстит не сама по себе нога, ставшая "независимой", но, таким образом, можно увидеть ее возможное происхождение. Однако более вероятно, что нужно заглянуть намного дальше: кельтский бог Луг изображен прыгающим на одной ноге с закрытым глазом и размахивающим одной рукой перед битвой при Самайне. Есть много изображений фигур, сидящих на одной ноге. В альпийских деревнях и особенно в Граубюндене рассказывают о ночных существах с одной ногой, которые хранили секреты загробной жизни и открывали их тем, кто приходил задавать им вопросы, стоя на одной ноге, в соответствии с часто встречающейся в кельтском мире позой. С другой стороны, la came cruse упоминается в Les Esprits в Contes de Gascogne: там есть персонажи Marrauque и Jambe-crue, которые бродят по вечерам по фермам и за стогами сена, чтобы ловить и съедать маленьких детей.

Goulue (Обжора)
В этой сказке Обжора — это прозвище, данное молодой девушке, жаждущей мяса, которое она ест сырым и в больших количествах, впадая в ужасный гнев, если ее лишают. Этот Goulue вызывает в памяти монстра-оборотня гуля, но в конце ситуация полностью меняет направление. Однажды, когда ее родители уехали в город на ярмарку, она попросила принести ей мяса. Когда они возвращались, они вспомнили, что забыли купить мясо. Они обошли всех встречных мясников, но ни у кого не оказалось мяса. Проходя мимо кладбища, они выкопали только что захороненного покойника, отрезали ему ногу и принесли ее дочери, которая немедленно ее сожрала сырой. На следующий день вся семья работала в поле. Отец, забыв свой нож, отправил дочь искать его. К молодой девушке подошел покойник с отсутствующей левой ногой. Мертвец взял девушку, отнес на кладбище и съел. Но эта сказка не о гуле. Бладе указал в примечании, что некоторые из его источников озаглавили эту сказку "La Camo cruso".

La jambe d'or (Золотая нога)
Эта сказка из Ажена. У богатого человека очень красивая жена. Однажды женщина упала и сломала ногу. Джентльмен вместо сломанной ноги сделал ей золотую ногу, на которой она ходила с такой же грацией и легкостью, как и раньше. Но через семь лет женщина умерла, и ее похоронили с золотой ногой. Жадный слуга ночью украл ногу. На кладбище люди услышали голос, стонущий: "Золото, золото, верни мне мою золотую ногу". Предупрежденный могильщиком, муж пошел могиле и пообещал заказать мессу, но жалобная просьба продолжила повторяться: "Золото, золото, верни мне мою золотую ногу". На следующий день джентльмен послал свою горничную с тем же результатом. На третий день он отправил камердинера. Слуга, несколько обеспокоенный, спросил: "Что вам нужно, мадам?". И тогда женщина выскочила из могилы со словами: "Я хочу тебя!". Она затащила слугу в яму и сожрала.

В любом случае, cama crusa — это месть оторванной ноги.

У меня есть две свои версии происхождения этого названия:

1. Имя La cama crusa переводят на французский язык как la jambe crue, но это ведь, по сути, ничто иное, как женская форма слова Le jambon cru — "ветчина" или "окорок". Таким образом, это имя может значить просто "Ветчин" или "Окорочиха", с учетом родовых отличий в русском языке. По-гасконски мужская форма будет lo camalhon crus (cambalhon, camajon на разных диалектах). Для приготовления окорока животным отрезают ноги.

2. Слово crusa может быть не прилагательным, а существительным. По-латыни crus — "голень" и тогда мы имеем здесь просто гасконо-латинскую редупликацию "нога-нога". Так, на аранском гасконском в названии долины Аран la Vath d’Aran слово "долина" повторяется дважды: vath по-гасконски и Aran по-баскски.
Centurio

Садистские стишки

Дочь увлеклась советскими садистскими стишками, пришлось придумать ей дополнительно:

Маленький мальчик по парку гулял
И под качели случайно попал.
Тушку на месте сожрали коты,
А голова улетела в кусты.

Маленький мальчик сидел в карантине.
Громко орали коты на рябине.
Мальчик на кошек пошел посмотреть,
Вирус поймал и родителям смерть.

Маленький мальчик сидел в карантине,
Но не сиделось на месте скотине.
Выйдя во двор, был задавлен бедняга
В драке за клок туалетной бумаги.

Девочка в поле пробирку нашла,
Пробку открыла, домой принесла.
С кашлем надсадным здоровье ушло.
Вирус за день уничтожил село.

Мальчик без маски пришел на урок.
Кашляя громко, шагнул за порог.
Завуч мальчонку указкой убил,
Сжег его труп и в пруду утопил.

Стишок от quinnessa

Крошка-девчоночка в шапочке красной
Сумрачным лесом спешит не напрасно.
Очень расчетливым может быть детство,
Бабке — корона, а маме — наследство.

И стишок от cabell_dangel:

девочка в поле мышку нашла..
в супе сварила - друзей позвала
жрали вареный ковид - оттого
деревня стоит, а в ней - никого
Centurio

Nous de xarch

В первой каталонской кулинарной книге "Llibre de Sent Soví" в рецепте Salsa de paó (павлиний соус) упоминается ингредиент под названием nous de xarch (орех шарк). В испанских переводах эта специя названа nuez de jarque. К сожалению, в дошедших до нашего времени каталонских документах нет никаких указаний на то, что их себя представляли эти орехи, записывавшиеся также как nou d'exarc и nou d'exarch (в Regiment de sanitat Арнау де Виланова), а также как nous dexach в Llibre del coch. Это была специя, поставлявшаяся в Каталонию, как минимум, под этим названием, в пределах достаточно ограниченного времени. В других редакциях этой книги в этом месте упомянут мускатный орех, что дает основания некоторым исследователям считать nous de xarch мускатным орехом. Однако это предположение опровергается тем фактом, что в портовых налоговых кодексах обе эти специи упоминаются отдельно в одних и тех же документах, например, в кодексе порта Cotlliure (сейчас это французская деревня Collioure) Lleuda de Cotlliure 1249 г., где lleuda — пошлина на ввозимый в город товар. Можно спорить с кулинарами, но против компетенции налоговых инспекторов не попрешь.

При переводе книги маэстро Роберто де Нолы "Llibre del Coch" с каталанского языка на кастильский переводчик в редакции 1525 г. указал, что "nous de xarc" — это "nueces de granos de parayso", то есть, "райские зерна". Под названием "райские зерна" известен мелегетский перец Aframomum melegueta из Восточной Африки. Однако, мелегетский перец относится к семейству имбирных (Zingiberaceae), имеет пряный, слегка имбирный вкус и никак не может служить равноценной заменой мускатному ореху. То же самое можно сказать и о родственном мелегетскому перцу виду из Западной Африки под названием Aframomum cororima, также Amomum korarima. Хоть его и называют nutmeg cardamon, т.е. мускатный кардамон, но его вкус ментольно-кардамоновый, а не мускатный, да и используется он, практически, только в эфиопско-эритрейской кухне, где называется корарима. Еще один имбирный родственник райских зерен, перец atare, он же mbongo, он же хеппер или аллигаторов перец, представляющий собой пряность, получаемую из семян растений Aframomum danielli, Aframomum citratum или Aframomum excapum, также не может претендовать на роль шарка, потому что в силу редкости и дороговизны не вывозится из Африки и используется там не столько в кулинарии, сколько в магических практиках.

Помимо Каталонии, эта пряность была известна и в соседней Окситании. В торговых книгах окситанских купцов братьев Bertomio и Guiraut Bonis из Монтобана, составленных между 1342 и 1369 гг., среди специй для приготовления ароматизированного вина pimen к Рождеству упоминается not ycherca. Этот орех упоминал в своих рецептах и врач Амбруаз Паре. В одном из манускриптов коллекции Ashburnham встречается написание noze ysarqua. Французы, не знавшие окситанского, не могли найти это слово ни в одном из словарей и переводили его как некие Кипрские орехи noix de Chypre.

В Словаре арабских и иностранных заимствований "Dictionary Of Arabic And Allied Loanwords (Spanish, Portuguese, Catalan, Galician And Kindred Dialects" Federico Corriente 2008 г. указано, что название nou d'exarch образовано от арабского "jawz aš ­šarq", означающего "орех с Востока". F. Rosner в "Moses Maimonides’ Glossay of drug names"
пишет, что орехи nou d’eixarc завозились из Судана и назывались у арабов jauz aš-­šarq или jauz as­-Suddan (орехи с востока или суданские орехи).

В "Libre de conexenses de spicies e de drogues" конца XV века отмечается, что хорошие орехи Nous de xarch должны быть красными снаружи, белыми внутри, не перезревшими и не источенными червями, и должны напоминать виноград: (134) Nous de xarch an aytalla conexença: que sían ben vermellas de fora e de part de dintra ben blanques, e que no sían neulades ni corcades, e són axí com a vinaçe.

Какие же орехи могли завозиться из Судана? В Судане с незапамятных времен выращивают чуфу — сыть съедобную, она же земляной миндаль (лат. Cyperus esculentus) — многолетнее травянистое растение семейства Осоковые (Cyperaceae), клубни которой имеют красноватый цвет. Обжаренные и размолотые клубни могут использоваться для ароматизации блюд, но чуфа прекрасно известна в современной Валенсии и используется для приготовления излюбленного напитка оршада, поэтому забыть о ней никак не могли, и никуда она не исчезала, да и с мускатным орехом ее невозможное перепутать. Мелегетский перец, плоды которого, кстати, тоже красноватого цвета, также никуда не исчезал и хорошо известен в Испании.

Мне кажется, что на роль орехов шарк подходит другая пряность, завозившаяся в Каталонию арабами в XIII-XIV веках, а потом вытесненная более дешевыми аналогами. Речь идет о Гвинейском перце Piper guineense Schumach. & Thonn. или Piper clusii, называемом также Бенинским перцем. Этот перец родственен черному перцу, длинному перцу и кубебскому перцу, а на вкус напоминает кубебский, только менее горький на вкус. Он очень дорогой и быстро был вытеснен родственными сортами, ныне находя использование только в африканской кулинарии. Как и мелегетский перец, он происходит из Либерии, и его изначально также называли райскими зернами, после чего на мелегетский перец перешли все названия гвинейского перца. Гвинейский перец содержит в составе значительное количество миристицина, ароматического вещества, содержащегося в эфирном масле мускатного ореха и отвечающего за психоактивные эффекты последнего, поэтому гвинейский перец вполне можно было использовать для замены мускатного ореха, а гроздь красных плодов гвинейского перца по внешнему виду напоминает виноградную гроздь. Остается вопрос, могли ли горошины перца называться орехами. Corradini Bozzi в книге "Ricettari medico-farmaceutici medievali nella Francia meridionale" 1997 г. пишет, что мелегетский перец назывался мелегетскими орехами "noce di meleguetta", а это значит, что и плоды гвинейского перца также могли считаться орехами.
Centurio

Gat rostit

В написанной в 1477 г. и впервые изданной в 1520 г. в Барселоне на каталанском языке книге Llibre del coch содержится рецепт под названием "О блюде из жареного кота".

De menjar de gat rostit
Lo gat pendràs e matar-l'as, ço és degollar-lo. E quant sia mort, leva-li lo cap e guarda que nengú no'n menjàs per la vida, car per ventura tornaria orat. E aprés scorxa'l bé e netament e obre'l e fes-lo ben net. E quant sie net, pren-lo e met-lo dins en un drap de li que sie net e soterra'l deval terra, de manera que stiga un jorn e una nit. E aprés trau-lo de allí e met-lo en ast e baja al foch a coure. E aprés quant courà, unta'l ab bon all e oli. E quant sia untat, bat-lo bé ab una verga e açò faràs, fins que sia cuyt, untant y batent. E quant sia cuyt, pendràs-lo e tallar-l'as, axí com si fos un conil e met-lo en un plat gran. E pren de l'all e oli que sia destemprat ab bon brou, de manera que sia ben clar. E lança'l damunt lo gat. E aprés menja d'ell e veuràs una vianda singular.

В 1525 г. эта книга была издана на испанском языке, и этот рецепт в ней также пристуствовал. Он имеется и в барселонском издании 2012 г. под номером 122.



Возьмите толстого кота и перережьте ему горло, и после того, как он умрет, отрежьте ему голову и выбросьте ее, потому что она не годится в пищу, потому что говорят, что тот, кто съест его мозги, потеряет разум и рассудок. Затем снимите с него шкуру и хорошо почистите его, и когда он будет чистым, заверните его в чистую ткань и положите под землю, где он должен находиться один день и одну ночь, и затем возьмите его оттуда и насадите на вертел для обжаривания, и зажарьте его на огне. И когда начнете его жарить, смажьте его хорошо чесноком и оливковым маслом. И когда закончите его смазывать, то бейте его сильно палкой до тех пор, пока он не зажарится, смазывайте и бейте. И когда он поджарится, порежьте его, как кролика или козленка, и положите на большое блюдо, и возьмите чеснок и оливковое масло, и разбавьте это хорошим бульоном, чтобы было жидким, и полейте этим кота. И вы можете его съесть, потому что это очень хорошая еда.
Centurio

Zanzarelli verdi

Giovanni de Rosselli в книге "Epulario: qual tratta del modo di cucinare ogni carne, ucelli, pesce de ogni torre, e fare sapori, torte e pastelli al modo de tutte le Provincie" 1562 г., привел следующий рецепт зеленых zanzarelli:

Per fare zanzarelli verdi.
Fa' como è ditto di sopra, et non li porre zaffarano; et giongeli quello che è scritto di sopra nella terra del brodetto verde.

Чтобы сделать зеленые дзандзарелли
Сделай, как написано выше, только не клади шафран, и то, что написано выше, поместить в зеленый бульон.

Выше приведен рецепт белых дзандзарелли, в которых нет никакого шафрана, а вот над ним расположен рецепт желтых zanzarelli, подкрашенных шафраном, о которых я писал ранее.

Однако Martino de' Rossi, он же Martino de Rubeis, он же Гога, он же Гоша, известный также как Maestro Martino Maestro Martino da Como, в более ранней книге "Libro de arte coquinaria" 1465 г., разместил этот рецепт непосредственно после базового рецепта желтых zanzarelli:

Per fare zanzarelli verdi.
Fa' como è ditto di sopra, et non gli porre zafrano et giongili quelle herbe del brodetto verde.
Чтобы сделать зеленые дзандзарелли
Сделай, как написано выше, только не клади шафран, и положи травы, как для зеленого бульона.

Здесь уже все понятно.

Centurio

Бретонские женские забавы

Jean-Marie Déguignet (1834-1905) в книге "Mémoires d’un paysan bas-breton" ("Мемуары крестьянина нижней Бретани") описал пару традиционных женских развлечений.

Laka ar c’hoz (засунуть внутрь грязь). Группа женщин находит мужчину, спящего в поле во время обеденного перерыва, набрасывается на него, прижимает к земле и засовывает ему в штаны и карманы грязь и навоз.

Lakad ar woaskeres (применить давление). Группа женщин находит мужчину, спящего в поле во время обеденного перерыва, набрасывается на него, прижимает к земле, одна достает из штанов мужчины его детородный орган, а другая женщина расщепляет конец толстой палки и засовывает этот орган в трещину. Эта игра особенно нравилась малолетним зрителям.
Centurio

Marcaire

Комментируя пять лет назад стихотворение пьемонтского поэта Silvio Einaudi "Le marghere" ("Пастушки"), я отметил, что это пьемонтское слово, означающую пастушек на альпийских пастбищах. Слова margè и marghere (пастухи и пастушки) соответствуют итальянским словам margari / malgari и margare / malgare, множественное от il margaro / il malgaro и la margara / la malgara, пастух и пастушка на альпийских пастбищах, происходящих от слова la marga / la malga, означающего летний пастушеский домик для пастуха и скота. Тогда меня больше заинтересовало само стихотворение, чем этимология этого слова, но недавно я наткнулся на аналогичное слово по другую сторону Альп. В ныне французских Вогезах (горы в Эльзасе и Лотарингии), в которых проживает исторически немецкоязычное население, огороженное летнее пастбище называется marcairie (варианты: marquairerie, marquairie, marcairerie). На таком пастбище пастух marcaire (произношение: \maʁ.kɛʁ\, варианты: marcare, marquaire) доит коров и делает сыр. Это слово происходит от немецкого слова Melker — дояр, на эльзасском диалекте произносимого как Melkar, в результате офранцуживания превратившегося в marquard и marcaire.
Centurio

Monna Aldruda, levate la coda

В десятой новелле пятого дня "Декамерона" Боккаччо упоминаются фривольные песенки, две из которых начинаются так: "Монна Альдруда, хвост задирай, я к тебе с доброю вестью" и "Поднимай-ка подол, монна Лапа". В оригинале это звучит как "Monna Aldruda, levate la coda, ché buone novelle vi reco" и "Alzatevi i panni, monna Lapa".

Здесь интересно старинное уважительное обращение к единственному числу второго лица (обращение на Вы), совпадающее с обращением ко второму лицу во множественном числе (обращение на вы). В современном итальянском языке при обращении на Вы используют глаголы в единственном числе третьего лица.

Выражение "levare (или alzare) la coda", дословно означающее "поднимать хвост", имеет также переносные значения "мужаться" и "радоваться", поэтому в данном случае песня должна звучать как "Радуйтесь, монна Альдруда". Кстати, слово coda означает не только "хвост", но и "хуй" (видимо, отсюда и происходит значение "мужаться", потому что задирать хвост могут и самки).